Точка зрения
05.05.11

"Мы видели падения правительств. Но до сих пор многого не понимаем"

Джейкоб Аарон Френкель, израильский экономист и бизнесмен, председатель совета директоров JP Morgan Chase International

Текст: Екатерина Геращенко
Фото: RADARIS.COM

Азия остается локомотивом мировой экономики, и дорогая нефть — это надолго, прогнозирует Джейкоб Френкель, председатель совета директоров JP Morgan Chase International. В интервью «Газете.Ru» он рассказал о рисках арабских революций и наступающем времени "дорогого доллара"

— Какие риски для мировой экономики в среднесрочной перспективе — на период 5—7 лет — вы видите уже сейчас?

— Лучший способ прогнозировать события в будущем — это понять, что произошло в мире за последние несколько лет. Мы увидели драматические перемены на международной арене, изменения в «центре силы» мировой экономики.

Еще несколько лет назад, когда я хотел посмотреть, куда катится мир, я мог просто оценить ситуацию в США и Европе. Сейчас, если вы собираетесь оценить состояние мировой экономики, понять направление движения, необходимо обратить внимание на развивающиеся рынки.

За последние несколько лет Азия стала локомотивом мира, конечно. Я имею в виду Китай, Индию — большие азиатские страны. Но и страны меньшего размера имеют огромный потенциал.

Мы увидели очень значительный подъем в странах, добывающих нефть и другое сырье. И если говорить о пятилетней перспективе, то мой прогноз: Азия останется локомотивом мировой экономики. Соответственно, у сырьевых экономик будет отличный шанс для развития в условиях макроэкономической стабильности.

Я оптимист!

— И росту экономики ничего не угрожает?

— Риски остаются. И некоторые связаны с геополитикой, с нестабильностью в этой сфере. Мы уже увидели серьезные изменения в ряде стран. Но до сих пор не совсем понятно, в какую сторону они двигаются.

Мы увидели падения нескольких правительств. Но до сих пор многого не понимаем. Например, станут ли новые правительства позитивным фактором для развития экономик.

Геополитика — это одновременно и риск, и новые возможности. В основном риск связан с угрозой протекционистской политики. В целом мир становится все более интегрированным, это, кстати, один из секретов успеха крупного бизнеса. Но если какие-то страны начнут склоняться к протекционистским мерам — ограничивать экспорт или импорт, препятствовать трудовой миграции, усложнять процедуры выдачи лицензий, то тенденция приобретет нездоровый характер. И это, безусловно, риск.

— Это риск и для России?

— Я не хотел бы комментировать ситуацию в конкретной стране.

— А вы слышали про российский фонд прямых инвестиций?

— Я пока не знаком с этой темой.

— Дорогая нефть — это надолго?

— Во-первых, когда мы говорим о ценах на нефть, мы должны помнить, что следует реально смотреть на вещи. Доллар слабел.

Поэтому $120 за баррель сейчас — это как $80—90 за баррель раньше.

Нужно брать это в расчет. Во-вторых, нефть продается с премией за политическую нестабильность. И похоже, что котировки останутся на высоком уровне. В любом случае они не обвалятся до исторических минимумов. Хотя бы потому, что рост мировой экономики возобновляется. Экономический рост, особенно увеличивающиеся потребности Китая в ресурсах, обеспечивает спрос на нефтяном рынке.

— Какую роль в мировом экономическом развитии вы отводите США?

— Экономика США фундаментально очень сильна. Это все еще крупнейшая экономика мира. Если что-то случается в Америке, на это реагирует весь остальной мир. Сейчас США выходят из сокрушительного кризиса, обвалившего финансовые рынки.

И то, что я вижу сейчас, похоже на период выздоровления.

Новые требования со стороны контрольных органов и новое законодательство приводят финансовый сектор в порядок. И это очень важно, так как именно финансовый сектор экономики легче всего сбивается с правильного направления. Проблемой для США остается рынок недвижимости. Похоже, что он не собирается быстро восстанавливаться. Но, конечно, основной вызов для Америки — это огромный государственный долг. Он рос очень быстро и очень значительно из-за дефицита бюджета.

— Выбор Америки в такой ситуации — это слабый доллар?

— Американские политики не любят слабый доллар. Они верят, что сильная валюта — это отражение сильной экономики. Одна из причин ослабления доллара в настоящее время заключается в том, что министерство финансов США и Федеральная резервная система совместно решились на политику процентных ставок, близких к нулю. Но я уверен, что в течение двух лет мы увидим более высокие ставки и, возможно, сокращение дефицита бюджета США.

— Относительно недавно JP Morgan сформировал инвестфонд для вложений в интернет, возможной покупки Twitter. Вы ждете роста стоимости интернет-активов?

— Мы инвестируем во многие отрасли. Информационные технологии — это очень важно, но это только одна из отраслей экономики.

Источник: Газета.Ru

Институт Посткризисного Мира