Точка зрения
13.01.10

Двукратное ура неуступчивости Китая

Бьорн Ломборг, глава Копенгагенского консенсус Центра, адъюнкт-профессор Копенгагенской школы бизнеса, автор книги «Глобальное потепление. Скептическое руководство»

КОПЕНГАГЕН. С тех пор как провалился саммит в Копенгагене, посвященный проблемам изменения климата, многие политики и эксперты указывают пальцем на лидеров Китая за то, что они блокировали обязательный глобальный договор по смягчению отрицательного воздействия выбросов углекислого газа. Но неуступчивость китайского правительства была понятной и неизбежной. Вместо того чтобы высказывать негодование, лица, принимающие решения, лучше бы использовали это в качестве сигнала тревоги: пришло время вести более разумную политику в такой сфере, как изменение климата.

Китай не склонен делать что-нибудь, что могло бы ограничить экономический рост, который позволил миллионам китайцев выбраться из бедности. Этот рост прослеживается на постоянно расширяющемся китайском внутреннем рынке.

В течение следующих шести месяцев четвертая часть молодых китайских потребителей намереваются купить новые автомобили – основной источник загрязнения воздуха в городах – что выше на целых 65% по сравнению с тем, что было год назад. Опрос, проведенный China Youth Daily , показал, что восемь из десяти молодых китайцев знают об изменении климата, но готовы поддержать политику, направленную против изменения климата только в том случае, если они смогут продолжить повышать свой жизненный уровень – включая приобретение новых автомобилей.

Стоимость резких краткосрочных сокращений выбросов слишком высока. Результаты, полученные при изучении всех основных экономических моделей, показывают, что так часто обсуждаемая цель ограничения подъема температуры менее чем на два градуса Цельсия потребовала бы первоначального глобального налога в 71 евро за тонну (или около 0,12 евро за литр бензина), с увеличением этого налога до 2800 евро за тонну (или 6,62 евро за литр бензина) к концу столетия. В целом, затраты для экономики составили бы феноменальные 28 триллионов долларов в год. Согласно большинству основных расчетов, это в 50 раз дороже, чем урон от изменения климата, который можно было бы этим предотвратить.

Попытка решительно сократить выбросы углекислого газа была бы в высшей степени разрушительной, потому что промышленность и потребители не смогли бы заменить ископаемое топливо, которое при горении выделяет углекислый газ, дешевой «зеленой» энергией. Альтернативные источники энергии просто еще далеки от того, чтобы ими можно было заменить привычные источники энергии.

Примите во внимание тот факт, что 97% энергии Китай получает от ископаемого топлива и сжигания отходов и биомассы. Альтернативные источники энергии, такие как ветер и солнце, удовлетворяют только 0,2% потребностей Китая в энергии, согласно самым последним цифрам Международной энергетической ассоциации. Эта ассоциация подсчитала, что если Китай будет продолжать идти по этому пути, то к 2030 году он будет получать не более 1,2% своей энергии из возобновляемых источников.

И этих причин было бы достаточно, чтобы объяснить неприятие правительством Китая дорогой глобальной сделки по ограничению выбросов углекислого газа. Но и модели экономического воздействия показывают, что как минимум до конца этого столетия Китай, в действительности, будет получать выгоду от глобального потепления. Более высокие температуры будут способствовать повышению продуктивности сельскохозяйственного производства и улучшению здоровья. А то, что количество смертей, связанных с потеплением, увеличится в летний период, в большой степени компенсируется значительным снижением смертей, связанных с переохлаждением зимой.

Одним словом, Китай энергично защищает экономический рост, который преобразует жизнь граждан этой страны, вместо того чтобы тратить целые состояния, сражаясь с проблемой, которая вряд ли повлияет на Китай негативно до следующего века. Таким образом, неудивительно, что Эд Милибэнд, британский министр по вопросам энергетики и изменения климата, столкнулся с «невероятным противодействием» со стороны Китая при попытке заключить глобальный договор по ограничению выбросов углекислого газа.

Попытка оказать давление на Китай, чтобы убедить его, была бы бесперспективной и авантюрной. Очевидная, но неудобная правда заключается в том, что ответные меры, направленные против глобального потепления, которые мы целенаправленно пытаемся выработать на протяжении почти 20 лет – с тех пор, как лидеры богатых стран впервые торжественно пообещали сократить выбросы углекислого газа – просто не будут работать.

Наступило время признать непрактичность попыток заставить развивающиеся страны сделать ископаемое топливо более дорогим. Вместо этого мы должны приложить больше усилий, чтобы производить более дешевую энергию, чтобы более широко использовать «зеленую» энергию. И чтобы это сделать, мы должны значительно увеличить количество денег, которые мы тратим на исследования и разработки.

Глобальная сделка, согласно которой страны обязались бы тратить 0,2% ВВП на развитие технологий получения энергии без выброса углекислого газа, увеличила бы нынешние затраты в 50 раз ‑ и все равно, это было бы в несколько раз дешевле, чем глобальный договор по сокращению выбросов углекислого газа. Это гарантировало бы, что более богатые страны платили бы больше, что сбавило бы политическую напряженность при проведении дебатов.

Что самое важное, такой подход способствовал бы трансформационным технологическим прорывам, которые необходимы, чтобы сделать источники «зеленой» энергии дешевыми и достаточно эффективными, чтобы обеспечить будущее без выбросов углекислого газа.

Мы не можем запугать Китай и другие развивающиеся страны и заставить их осуществлять чрезвычайно дорогое и неэффективное сокращение выбросов углерода. Вместо того чтобы надеяться на наше преодоление их «невероятного противодействия» путем политического маневрирования, лидерам развитых стран нужно сосредоточиться на стратегии, которая была бы и осуществима, и эффективна.

Project Syndicate
http://www.project-syndicate.org/commentary/lomborg56/Russian

Институт Посткризисного Мира