Точка зрения
17.12.09

Прививка от кризиса

Луиджи Зингалес, профессор Чикагского университета, автор книги "Спасение капитализма от капиталистов"

Введение налога на краткосрочные заимствования позволит избежать нового 2008 года

Идея о введении налога на финансовые транзакции, известного также как налог Тобина, снова в моде. Она крайне притягательна для политиков, поскольку позволяет угодить тем, кто требует наказать банки за раздувание кризиса. Введение налога удовлетворит политическую потребность сделать хоть что-то для того, чтобы избежать нового кризиса. Кроме того, в условиях бюджетного кризиса он позволяет с легкостью увеличить поступления в казну, не повышая подоходный налог. В прошлую пятницу лидеры Евросоюза обратились к МВФ с призывом рассмотреть возможность введения налога на финансовые операции.
Но на самом деле нужно подумать совсем о другом налоге.

ПРОБЛЕМА ТОБИНА
Но несмотря на мощную поддержку, у налога Тобина есть существенные недостатки. Во-первых, ввести его сложно. Если облагать этим налогом лишь торговые операции с акциями и облигациями, вся торговля переместится на рынки фьючерсов и опционов. Если он распространяется на все торгуемые на бирже деривативы, то в выигрышном положении оказываются срочные контракты, которые не обращаются на бирже, или новые контракты, созданные специально для того, чтобы избежать налога.
Во-вторых, если не ввести его одновременно во всем мире, торговые операции уйдут в офшоры. Неужели мы на самом деле хотим, чтобы вся торговля акциями переместилась на Бермуды? И наконец, идея о том, что подобный налог поможет избежать нового кризиса, пока не нашла подтверждения.
Сторонники налога утверждают, что его цель – предотвратить «спекулятивное» поведение и тем самым снизить волатильность цен активов. Увы, нет никаких доказательств, что он действительно позволит этого добиться.
Если мы хотим избежать повторения 2008 года, нужно предотвращать поведение, которое с наибольшей вероятностью спровоцировало кризис. Однако причиной кризиса была не чересчур активная торговля, а чересчур активное принятие рисков. Относительно небольшие убытки по второсортной ипотеке привели к кризису из-за невероятной закредитованности финансовых посредников, долги которых были по большей части краткосрочными.
Как отмечают в своей недавней работе Гари Гортон и Эндрю Метрик, кризис спровоцировало схлопывание рынка репо – обеспеченных однодневных кредитов. Когда финансовые посредники стали терять деньги на второсортной ипотеке, краткосрочные кредиторы, опасаясь банкротства, отказались выдавать им новые ссуды. Последовательно лишаясь средств, посредники были вынуждены распродавать активы, что привело к еще более резкому падению цен. Все это напоминало традиционный набег вкладчиков на банки, только на этот раз инициаторами паники стали краткосрочные кредиторы.
Почему же, предвидя эту угрозу, финансовые посредники столь активно пользовались краткосрочными кредитами? Потому, что таким образом они могли брать взаймы больше и дешевле, за счет этого наращивая прибыль. При этом краткосрочные кредиторы были уверены, что смогут вовремя выйти из проблемного бизнеса.
Но если у каждого кредитора в отдельности, действительно, есть возможность изъять свой капитал, такой возможности нет у всех кредиторов сразу. Если все краткосрочные кредиторы попытаются одновременно вернуть свои средства, они не только не смогут этого сделать, но и спровоцируют кризис. Иными словами, мотивация к использованию краткосрочных займов превысила оптимальный для общества уровень.

ЛУЧШЕЕ РЕШЕНИЕ
Это та типичная ситуация, когда решить проблему можно с помощью налогов. Введя налог на краткосрочные заимствования (скажем, со сроком менее года), мы предотвратим и чрезмерное использование кредитного плеча в целом, и краткосрочных кредитов в частности, тем самым предупреждая кризис.
Если краткосрочные заимствования столь опасны, почему мы прежде не замечали их губительного воздействия? Когда инфляция была высокой и волатильной, привлекать кредиты на короткий срок было и дорого, и опасно, поскольку существовал высокий риск невозможности рефинансирования долга. За последние 30 лет низкой и стабильной инфляции эти издержки исчезли.
Политика низких процентных ставок, проводимая ФРС, создала огромный стимул для краткосрочных заимствований. Остальное доделали бонусы за хорошие результаты и жесткая конкуренция: в таких условиях не прибегать к краткосрочным кредитам было невозможно, и это имело серьезные системные последствия.
Некоторые считают, что лучший способ решить проблему – отказаться от налоговых льгот по кредитам. Однако истинная проблема заключается не в кредитах вообще, а в краткосрочных заимствованиях. При близких к нулю процентных ставках отказ от налоговых вычетов создаст ложные стимулы, поскольку краткосрочные кредиты (на которых исчезновение налоговых льгот практически не отразится) станут более привлекательными, чем долгосрочные займы.
Более эффективное решение состоит в введении налога на краткосрочные заимствования, и особенно краткосрочные заимствования финансовых институтов. Налог на наши текущие краткосрочные обязательства в размере 1% позволит собирать $21,5 миллиарда (14,6 миллиарда евро, 13,2 миллиарда фунтов) в год всего лишь с девяти крупнейших институтов. Это не решит всех бюджетных проблем, но такой суммы будет достаточно для того, чтобы покрыть растущие расходы на операции в Афганистане. И, самое главное, это поможет стабилизировать финансовую систему и предотвратить новый кризис.

Financial Times (перевод)
http://slon.ru/articles/220923/

Институт Посткризисного Мира