Точка зрения
21.10.09

Достижение экономического роста в период перебалансировки мировой экономики

Майкл Спенс (Michael Spence), лауреат Нобелевской премии по экономике, почетный профессор Стэнфордского университета и председатель Комиссии по экономическому росту и развитию

МИЛАН. Хотя финансовый кризис постепенно преодолевается, шансы на рост мировой экономики едва ли увеличатся. Частично это неизбежно. Но это также является результатом недостаточной согласованности в действиях правительств в период, когда мировая экономика восстанавливает баланс.
 
До кризиса американские потребители, как правило, либо ничего не копили, либо накапливали задолженность. Сейчас все поменялось. Так как семейные бюджеты серьезно пострадали из-за краха рынка недвижимости и снижения цен на другие активы, система выплат пенсий и пособий по выходу на пенсию дезорганизована. Именно потому, что цены активов не достигнут докризисного уровня в ближайшее время (конечно при условии, что не будет надут новый финансовый пузырь и не возникнет риск новой дестабилизации), семейные сбережения выросли до 5% располагаемого дохода и, возможно, будут расти дальше.
 
Этот уход потребителя США является частью (а может и половиной) причин процесса перенастройки мировой экономики. Восстановление баланса «сбережения-инвестиции» в Америке подразумевает уменьшение мирового совокупного спроса примерно на 800 миллиардов долларов США.
 
Конечно, дефицит бюджета и срочные меры, принятые в развитых странах и в основных странах с развивающейся экономикой, немного смягчили резкий спад, частично заменив отсутствующих потребителей. Но эта замена не может происходить бесконечно долго. В промышленно развитых странах правительства, в конечном счете, будут вынуждены снизить затраты, а центральные банки откажутся от предоставления чрезвычайных кредитов и гарантий.

В результате многие полагают, что наступает «новое нормальное состояние» медленного роста страны с развитой экономикой. Несмотря на восстановление цен на активы во многих странах и замедление негативных процессов, безработица остается высокой и все еще продолжает расти. Распределение риска опустилось с уровня середины кризиса, но кредитов во многих секторах все равно недостаточно, и их трудно получить, в то время как финансовый сектор становится все более консервативным – и будет заново отрегулирован более высокими потребностями капитала и резервов.

Это лишь базовый сценарий. Риск снижения стоимости ценных бумаг включает финансовую дестабилизацию, которая является результатом провала попытки обуздать дефицит, инфляцию, а также результатом лишения автономии центрального банка и потери доверия к доллару, который все еще остается резервной валютой для мировой экономики.

Поэтому ничего удивительного, что многие информированные аналитики разумно ожидают, что послекризисный рост в странах с развитой экономикой будет медленнее, возможно на 0,5-1%. Однопроцентное замедление роста в промышленно развитых странах грубо можно приравнять к 350 миллиардов долларов отсутствующего совокупного спроса ежегодно, дополнительно к дефициту, который является результатом восстановления баланса в США.

Если замедление темпа в промышленно развитых странах будет продолжаться, уровни, которые существовали до кризиса, не будут достижимы и в развивающихся странах, из-за неудовлетворенной потребности осуществить подразумеваемое увеличение выпуска продукции. Конечно, отдельные развивающиеся страны могут обойтись и без этого. Но прискорбный математический факт состоит в том, что не каждый может получить долю на рынке. Если сценарий с промышленно развитыми странами верен, то и многие развивающиеся страны потерпят неудачу и ощутят заметное снижение роста.

До кризиса многие полагали, что структура совокупного спроса, который поддерживал высокий рост, была неприемлема, хотя проблема казалась слишком надуманной, чтобы принуждать к совместным действиям. Теперь это не так. Проблема совместных действий не менее актуальна и требует срочного внимания, если мы хотим достигнуть подъема мировой экономики.

Проблема стоит остро и потому, что страны могут добиться своей доли на рынке не только благодаря высокой конкурентоспособности частного сектора, но и благодаря протекционистским мерам. И, как мы наблюдали в попытках многих стран приуменьшить последствия кризиса, при дефиците совокупного спроса осуществляются отдельные протекционистские действия, несмотря на широкое понимание того, что это очень губительно.

Так что может быть сделано, чтобы поддержать мировой совокупный спрос и перспективы роста и при этом сохранять экономическую открытость, которая принесла так много пользы большинству развивающихся стран в последние 30 лет?

Во-первых, страны с профицитом текущего платежного баланса, такие как Германия, Япония и Китай, должны осознать, что их собственный рост (и рост других стран) зависит от уменьшения дисбаланса «сбережения-инвестиции», результатом чего станет уменьшение отрицательного платежного баланса где-то еще. Это должно быть сделано на продолжительной основе, сразу после прекращения чрезвычайных финансовых стимулирующих мер.

Во-вторых, все должны осознавать, что они должны участвовать в восстановлении сбалансированного роста, присущего странам с развитой экономикой , как можно активнее и как можно быстрее, для того чтобы противостоять надвигающемуся падению совокупного спроса. В конце концов, доля стран с развитой экономикой составляет две третьих мирового ВВП. Поэтому медленный рост в этих странах неизбежно будет препятствовать мировому росту и сократит потенциал роста у большинства развивающихся стран. Задача, конечно, очень сложная, потому что процесс дегиринга и перебалансировки не может быть осуществлен за одну ночь.

Но основные шаги могут и должны быть осуществлены: восстановление финансового баланса с помощью хорошо продуманных планов, сохранение автономии центрального банка, низкая инфляция и установление разумного баланса между недорегулированием и перерегулированием финансового сектора. С внешней стороны, основные торговые партнеры и держатели активов промышленно развитых стран могут поддержать перебалансировку, соглашаясь при этом избегать резких и потенциально дестабилизирующих сдвигов при составлении своих балансовых отчетов.

Таким образом, два вопроса, которые требуют первостепенного внимания, находятся на повестке дня мировой экономики в ближайшие месяцы. Первый вопрос – перебалансировка финансовой системы развитых стран с намерением обеспечить большую стабильность без ослабления основных функций и без ненужного увеличения стоимости капитала. Второй вопрос – взаимопонимание развитых и развивающихся стран и их обязательства перебалансировать мировую экономику с целью восстановления совокупного спроса и увеличения экономического роста.

Если эти вопросы будут разрешены, мир совершит огромный шаг по направлению к относительно спокойному, эффективному и реальному выздоровлению мировой экономики.

Project Syndicate
http://www.project-syndicate.org/commentary/mspence5/Russian

Институт Посткризисного Мира