Точка зрения
15.11.11

Прекратить огонь! Меркель не строит четвертый рейх

Доминик Лоусон (Dominic Lawson), британский журналист, ведущий обозреватель The Sunday Times.

Фото: EPA

Германию обвиняют в ведении экономической войны против всей остальной Европы. Но стать экономическим гигантом ей позволила только болезненная реструктуризация

Видимо, нам уже можно спокойно выводить войска из Германии. Накануне воскресенья поминовения правительство объявило, что все 20 000 британских военнослужащих, дислоцированных на территории Германии, будут выведены к 2020 году – на 15 лет раньше установленного срока.

Я знаю, что это поразительное невежество (тем более, что мой покойный тесть был начальником штаба Британской рейнской армии), однако я и понятия не имел о том, что крупнейшая зарубежная группировка наших войск размещается в германских землях Северный Рейн – Вестфалия и Нижняя Саксония.

На сайтах британских газет, освещающих эту тему, красуются примерно такие комментарии читателей: «Дурак, вернись!» и «Британия начинает выводить войска из Германии как раз в то время, когда немцы опять собираются пройти маршем через всю Европу». На самом деле, эти войска были размещены для того, чтобы отразить русскую угрозу Германии, а не немецкую угрозу нам, но в эти судьбоносные дни мы не должны забывать о том, что изначально привело нас туда.

Однако это не может служить оправданием предсказуемым комментариям, изображающим Германию нераскаявшимися националистом, готовым сломить любое сопротивление возрожденной мечте о панъевропейской гегемонии. Теперь ее обвиняют в ведении экономической войны против всей остальной Европы, потому что она отказывается санкционировать предложение о том, чтобы Европейский центральный банк гарантировал долги Греции, Италии, Испании и Португалии.

И Барак Обама, и Дэвид Кэмерон (назовем два имени наобум) возмущены позицией, которая, по их мнению, означает, что Берлин саботирует глобальную экономику. Британское правительство, официально придерживающееся мнения о том, что вступление в еврозону было бы безумием с нашей стороны, тем не менее, требует, чтобы Германия не допустила распада клуба, гарантировав долги, взятые странами, которые в него нельзя было принимать. Если бы это произошло, немецкий капитал действительно занял бы гегемонистскую (но в конечном итоге самоубийственную) позицию в Европе: к чему же все эти разговоры о зарождающемся четвертом рейхе, если Берлин отказывается брать на себя такую роль?

Говорят, что президент Обама обескуражен и возмущен позицией Ангелы Меркель, которая говорит, что не допустит взваливания на немецких налогоплательщиков ответственности за прегрешения всех остальных европейских стран. Обама не понимает почему, ведь совокупный уровень задолженности Европы ниже, чем у США – она не может «просто сопоставить факты», как сообщал на прошлой неделе из Вашингтона Марк Марделл (Mark Mardell). Далее обозреватель Би-би-си по Северной Америке сослался на «источник», который «напомнил мне о том, что Белый дом уже 35 лет хочет иметь возможность звонить в Европу по одному телефону. Теперь этот телефон есть, и на проводе Ангела Меркель. Но почему-то она не хочет слушать».

Такой подход вредит скорее Вашингтону, чем Берлину. В защиту Обамы можно сказать то, что он далеко не первый президент США, который видит ситуацию в этом свете. Многие его предшественники, похоже, полагали, что поскольку существует некая «Европа», она должна быть страной – и вести себя соответствующим образом. Им следовало бы поразмышлять над замечанием Бисмарка о том, что «Европа – всего лишь географическое наименование».

Да, будем справедливы к Вашингтону: послевоенные правительства Германии настойчиво продвигали идею о том, что их страна преодолела искушения национализма; более того, такие лидеры, как Вилли Брандт, Гельмут Шмидт и Гельмут Коль, считали, что их главная цель – восстановить доброе имя Германии и сделать так, чтобы она была известна прежде всего в качестве «хорошего европейца».

Греки, претерпевшие ужасные страдания от рук нацистов, умело преподносят современную Германию как прямое продолжение того режима (Ангела Меркель на карикатурах в их прессе носит нарукавную повязку со свастикой); но, в конечном итоге, любое правительство Германии подотчетно своему народу – а его народ не готов заложить все свои сбережения ради финансирования гипертрофированного государства благосостояния всего европейского континента. Или, как заметил в прошлом месяце журнал Spiegel,«Президента США Барака Обаму Ангела Меркель боится меньше, чем немецких избирателей».

Это не снимает с Меркель обвинение в слабом лидерстве: в конце концов, такие страны, как Греция и Италия, жарятся сегодня, как поросята на вертеле, над огнем международного рынка облигаций именно потому, что кое у кого желание быть переизбранным оказалось сильнее готовности вступить на опасный путь искусства управления государством.

На самом деле, возражая тем, кто призывает Германию «поступить прилично», Меркель руководствуется не только соображениями внутриполитической популярности. Не основана ее позиция и исключительно на неприятии Германией легких денег в качестве решения долговой проблемы (причины этого неприятия кроются в крахе Веймарской республики после гиперинфляции, которая сделала респектабельных женщин проститутками, а пенсионеров загнала в гроб).

Германия стала самой успешной экономикой Европы не просто в силу каких-то особых немецких достоинств. В 1990-е годы ее называли «новым больным человеком Европы»; лишь крайне болезненная реструктуризация, включавшая в себя снижение заработных плат в реальном выражении и пенсионных пособий, позволила ей вновь обрести статус эффективного экономического мотора в центре Европы. Лучше всего это видно через призму цен. В 1995-2008 годах цены на товары, производимые в Греции, выросли в среднем на 67%; на товары испанского производства – на 56%, португальского – на 47%, а итальянского – на 41%. За тот же период в Германии цены выросли всего на 9%.

Именно в этом главная причина того, что Германия создала огромное положительное сальдо в еврозоне, из-за чего теперь ее винят в появлении отрицательного сальдо у стран Южной Европы, а заодно и в их трудностях с сокращением дефицита бюджета. Однако Германия, безусловно, права, утверждая, что проблема этих стран является структурной и что ее нужно решать мерами, аналогичными тем, которые она предприняла сама. (Действительно, поскольку население Германии быстро стареет – можно даже говорить о демографическом кризисе – странно полагать, что она поставит под угрозу пенсии свои граждан, находящиеся в частных фондах, ослабив евро). Естественно, рынки краткосрочного капитала хотели бы, чтобы Германия позволила Европейскому центральному банку сделать то, что фактически запрещено Европейским договором, и монетизировала долг стран еврозоны, напечатав побольше денег, как поступили Федеральная резервная система в США и Банк Англии в Великобритании. Это действительно позволило бы еврозоне пережить кризис в краткосрочном плане, но стало бы поверхностным решением проблемы, поскольку час расплаты рано или поздно настанет, только инфляция будет выше. С точки зрения банкирских бонусов, это прекрасно, но держателей сбережений (которые, в конце концов, являются и потребителями) поставит в еще более уязвимое положение.

В чем немецкие политики явно неправы – так это в своих настойчивых заявлениях о необходимости сохранить евро: поскольку они не хотят идти к полноценному фискальному союзу (предполагающему значительные перечисления средств другим государствам-членам еврозоны), единая валюта обречена, о чем тщетно предупреждали чиновники Бундесбанка при ее создании.

Фактически евро уже теряет смысл своего существования. Поскольку фирмы все больше убеждены в том, что некоторые страны могут выйти из еврозоны, они начинают балансировать свои активы и пассивы в рамках национальных границ и уже не исходят из того, что можно, например, профинансировать контракт, заключаемый в Германии, при помощи кредита, полученного в Италии.

Берлин не хочет слушать реквием по евро: тяжелее всего признавать свою неправоту. Однако верность обреченной на провал европейской валюте вовсе не обеспечит мир на континенте, который Германия терзала семьдесят лет назад, а лишь усилит ненависть к ней – во многом незаслуженную.

Оригинал: Cease fire! Merkel isn’t building a Fourth Reich
http://www.thesundaytimes.co.uk/sto/comment/columns/dominiclawson/article820632.ece


Институт Посткризисного Мира